До Заводоуковки ефрейтор Друнина добралась без приключений. Именно здесь Юлия окончательно и бесповоротно решила – во что бы то ни стало попасть на фронт, чтобы спасать жизни раненых бойцов. Путь лежал в Москву. «Мой план был прост, – вспоминала Друнина. – Попроситься в первый же воинский эшелон, идущий на запад, сказав, что от своего эшелона я отстала и вот теперь догоняю его. У меня имелась красноармейская книжка, в которой был указан номер моей части, но, конечно же, не сказано, где она находится...

В апреле 1944 года санинструктор Юлия Друнина была тяжело ранена в шею – осколок застрял в 2 мм от левой сонной артерии. Наспех забинтовав шею, она ещё несколько часов продолжала оказывать медицинскую помощь раненым, пока не потеряла сознание. «Тот осколок, ржавый и щербатый, Мне прислала, как повестку, смерть… Только б дотащили до санбата, Не терять сознание, не сметь! А с носилок свешивались косы – Для чего их, дура, берегла!.. Вот багровый дождь ударил косо, Подступила, затопила мгла...