— Тамара, ужин скоро? Он спросил из зала, не отрываясь от газеты. Голос ровный, привычный, как звук холодильника на кухне. — Минут двадцать, — ответила она. И закрыла дверь спальни на защёлку. Платье висело в глубине шкафа, за зимними куртками и старым пиджаком Григория, который он не носил лет пятнадцать, но выбросить не давал. Тамара потянула вешалку, и ткань качнулась, выпустив слабый запах лаванды. Она когда-то клала саше между вещами. Привычка ушла, а лаванда осталась. Светло-голубое, с мелким белым горошком...