– Дяденька, туда нельзя. Я обернулся. Девочка лет восьми стояла у бетонного столбика, сжимая в руке палочку от мороженого. Коленки в зелёнке, сарафан мятый, а глаза — взрослые. Серьёзные, без тени игры. – Чего нельзя? – спросил я. – Вам тормоза перерезали, – она сказала это так спокойно, будто объясняла, который час. Я посмотрел на свой «Лендкрузер». Стоял как обычно — на площадке перед домом, под фонарём. Чистый, вымытый вчера. – Кто тебе такое сказал? – Никто. Я видела. Ночью дядя приходил. Лежал под вашей машиной...