– Милочка, вы, кажется, дверью ошиблись. Стол для гостей вон там, а вам – к служебному входу. Элеонора сказала это, даже не повернув ко мне головы. Она смотрела на своих доноров, и слова летели в меня боком, как крошки со скатерти. Я стояла с бокалом, который мне только что вложил в руку сам директор. За четырнадцать лет в этом музее я привыкла, что меня не видят. Но обычно хотя бы не выгоняют. На годовой приём попечителей нас, реставраторов, зовут редко. В этот раз позвали: открывали обновлённый зал живописи, а половину этого зала собрала я...