Подготовка к премьере шла трудно – не хватало оркестрантов, многие из которых погибли. На одной из репетиций дирижер Карл Элиасберг обнаружил, что музыкант, которому предстояло исполнить партию малого барабана в знаменитом эпизоде нашествия, отсутствует. На вопрос, где он, дирижеру ответили: ночью умер. После репетиции Элиасберг спустился в мертвецкую, чтобы отдать последний долг памяти, и вдруг увидел, что у музыканта дергается палец на руке. Это была голодная кома. Барабанщика подняли, вернули к жизни, и он вместе с оркестром сыграл ленинградскую премьеру...