Декабрь 1985 года. Предновогодняя Москва. Наталья Фатеева наряжает ёлку одна. Несколько часов назад она подписала бумагу. Отказ от ребёнка. Не чужого — родного внука, рождённого накануне её дня рождения. И теперь сын хлопнул дверью со словами: «Ты отказалась от родного внука!» — и ушёл в ночь. Она стояла у ёлки. Блёстки мерцали. За окном — Москва, огни, предпраздничная суета. Никто не видел её слёз. Она вообще никогда не плакала на людях. И именно это делало её невыносимой для тех, кто её любил — и легендой для всех остальных...