Утро начиналось с метронома. Нелли ставила его на крышку старого пианино «Красный Октябрь», заводила механизм и слушала. Тик. Тик. Тик. Раньше звук был чётким, сухим, как щелчок пальцев у виска. А теперь приходилось наклоняться ближе, чтобы разобрать ритм, будто кто-то накрыл маятник ватой. Она проделывала это каждое утро, ещё до завтрака, до чайника, до всего. Проверяла. Левое ухо. Правое. Считала удары. Если слышала двадцать из двадцати, можно было выдохнуть и прожить ещё один день как обычный человек...