— Он всё ещё ждёт его? — пожилая женщина теребила край кружевной салфетки, глядя на закрытую дверь спальни. — Ждёт. Часами смотрит на дверь. Думает, что у того просто много работы, — Марина жёстко усмехнулась, помешивая чай, который давно остыл. — Но он не придёт. У него дела поважнее. Чем быстрее он поймёт, что остался один, тем быстрее мы закроем этот гештальт. Бумаги готовы? — Готовы. Но это жестоко, девочка моя. — Жестоко — это оставлять старика гнить в одиночестве ради квадратных метров. А это — справедливость...