Четверг, 26 ноября 1870 года, Санкт-Петербург Ксения Алексеевна и Сергей Осипович избегали друг друга. Встречались лишь на утренней воскресной службе и по четвергам за завтраком. Во все остальные дни Ксения с сыном (мальчика назвала Лешенькой в честь ее покойного отца) уходили на прогулку задолго до пробуждения Сергея Осиповича. А вставал Разруляев теперь поздно — вскакивать ни свет ни заря причин у него больше не было. Да и светает в Петербурге, куда по настоянию Ксении переехали после свадьбы, гораздо позже, чем в Новгородской, особенно зимой...

- Наташа, не ходи к нему! Обманет! – Светлана встала в дверях, ухватившись за косяк рукой, и с мольбой посмотрела на дочь. - Мама, ты что?! Разве ты не видела ромашки на подоконнике утром?! Кто еще будет носить их каждый день?! Он любит меня! – тоненькая, светловолосая Наташка в белом нарядном платьице, которое накануне дошила ей мама, балансировала на одной ножке, пытаясь справиться с капризной застежкой на босоножке. - Как же! Любит! Маринку тоже любил?! И где теперь та Маринка?! У тетки в деревне...