— Кирюша, радость моя, а где мои парадные носки? Те, которые с серыми ромбиками и без дырки на левом пальце? — раздался из недр спальни страдальческий глас Павла, сопровождаемый звуком активно отодвигаемых ящиков комода. — Там же, Паша, где и твоя совесть. В корзине с грязным бельем, под завалами твоих же футболок, — флегматично отозвалась Кира, методично нарезая вареную морковку идеальными, математически выверенными кубиками. — Ну сегодня же праздник! Могла бы и постирать ради такого дня! Женский...