После того как генерал-майор Хохлов закончил разговор, Рубцова ещё несколько секунд стояла неподвижно, прижимая телефонную трубку к уху, хотя в ней уже давно звучали короткие гудки. Она их не слышала. В сознании всё ещё отдавался тяжёлый, властный голос заместителя командующего направлением – хорошо поставленный командирский голос человека, привыкшего отдавать приказы, а не выслушивать объяснения. Он повышал тон, но не переходил на крик, при этом каждое его слово звучало как окончательный вердикт, не оставляющий места ни сомнениям, ни возражениям...