Есть тип человека, которого принято жалеть. Он не врёт, не манипулирует, не желает зла — он просто появляется в вашей жизни и методично разрушает то, что было устроено до него. А потом смотрит на руины с таким искренним непониманием, что злиться на него неловко. Вы злитесь на себя. Это не газлайтинг — газлайтинг требует умысла. Это что-то другое, чему в языке нет точного слова. Пассивная деструктивность. Доброта без последствий для того, кто её распространяет. Один такой человек жил в романе XIX века...

Поезд Петербург - Варшава ползёт сквозь ноябрьскую слякоть и густой туман. В купе холодно, тускло, пахнет углём и сыростью. Три случайных пассажира начинают разговор, который станет завязкой целой человеческой трагедии. Первый - Парфён Семёнович Рогожин, тёмный, энергичный купец, только что получивший по отцовскому завещанию миллион рублей и уже опьянённый не столько вином, сколько властью денег. Второй - князь Лев Николаевич Мышкин, двадцатишестилетний молодой человек с бледным лицом и детски ясными глазами...