Выстрел на подмосковной даче разорвал не только ночь — он разорвал удобную картину мира. В ней был генерал, герой Чечни, депутат с опасным языком. И была жена — тихая, домашняя, в тени мундира. Утром 3 июля 1998 года от этой схемы остались осколки. Лев Рохлин — не поп-звезда и не бронзовый идол. Фигура другого масштаба. Генерал, прошедший Афганистан, штурм Грозного, парламентские кулуары. Для одних — прямолинейный офицер, который не прогнулся. Для других — человек, готовый качнуть страну. Культ вокруг него родился быстро, почти по законам мифа: взял Грозный — отказался от звезды Героя...