Картины Михаила Рогинского не греют, не волнуют и не заражают. Поскольку они, как и стихи Маяковского, автора этого легендарного определения, – не печка, не море, и не чума. Картины Рогинского – живопись, и никак не меньше, чем живопись, которая крайне неуступчиво соглашается принять на себя какое-либо обременение либо обязанность, помимо чисто пластических. А сам художник сохранил за собой позицию одного из самых автономных отечественных живописцев второй половины ХХ века. Начальный «натюрмортный» период его творчества 1960-х ощущается как часть фундамента крепко выстроенного здания...