Для Ильи Ефимовича Репина портрет был не просто фиксацией черт лица, а почти артистическим актом. Художнику нужно было почувствовать своего героя изнутри, вжиться в него. Философ и литературный критик Василий Розанов называл Репина «“щупальщиком” существа человеческого», говорил, что «страшно для живого человека попасть под кисть его», имея ввиду, что художник вытащит в портрет все, что нащупает, и персонажу останется лишь пустая оболочка. А художник Николай Николаевич Ге долго отказывался позировать Репину, объясняя отказ тем, что тот будто «подводит итог» и примеряется к похоронам...