​— Маэстро Мацуев, это неслыханно! — бледный от ужаса директор лондонского Вигмор-холла заламывал руки за кулисами. — Полный зал аристократов, музыкальных критиков и членов королевской семьи! Вы только что отыграли сложнейший концерт Рахманинова, публика в экстазе, а вы... вы хотите выйти на бис и сыграть ЭТО?! Это же... это же деревенский балаган, а не высокая классика! Вы разрушите свою репутацию в Европе! ​Мацуев, с его фирменной сибирской улыбкой, в безупречном фраке и с горящими глазами, поправил бабочку...