Онегин ест устрицы, запивает их шампанским и торопится в театр. Вы, скорее всего, читали эту сцену как бытовую зарисовку. А Пушкин в ней спрятал диагноз целому поколению. Еда в «Евгении Онегине» работает не как декорация. Она работает как система координат: кто что ест, где и с кем, определяет персонажа точнее любого авторского комментария. И если вы думаете, что это преувеличение, давайте пройдём по семи блюдам из текста. После этого вы будете читать роман иначе. Я заметил эту закономерность, когда готовил разбор первой главы для подростков...