- Ты это называешь борщом? - Геннадий отодвинул тарелку так, что ложка звякнула о край. - Сорок лет варишь, а всё как в дешевой столовой. Я промолчала. За полгода, что муж был на пенсии, я научилась молчать так, чтобы не было видно, как мне больно. Раньше он уходил в семь утра и возвращался к ужину, и этих часов мне хватало, чтобы прийти в себя. Теперь он был дома всегда. Проверял, сколько я трачу. Переключал канал, если я смотрела концерт. Вздыхал, когда я садилась отдохнуть. - Ты на себя в зеркало давно смотрела? - продолжил он...