В Третьяковке висит портрет, от которого глаз не оторвать. Юная красавица с огромными грустными глазами, прозрачная, словно сотканная из тумана. Мария Лопухина, жена егермейстера Павла I. Ей восемнадцать, мужу двадцать восемь, а на холсте — вся тоска мира. Картину заказал супруг, и все, кто ее видел, сходили с ума от красоты модели и мастерства Боровиковского. Но особенно всех поражала эта странная, неестественная печаль в глазах совсем еще молодой женщины. Через три года Марии не стало. Чахотка — так тогда называли туберкулез — забрала ее в двадцать один год...