«Пока я тут вокруг тебя скачу, ты по вечерам за угол бегаешь и салями трескаешь?!» В комнате тяжело воняло аптечной валерьянкой. Окна были наглухо зашторены плотной коричневой тканью. На широкой тахте под ватным одеялом виднелся скорбный бугор. — Ира? — раздался из темноты слабый, дребезжащий шёпот. Ирина замерла у входа, прижимая к боку тяжёлый пакет с молоком и творогом. — Я, Ангелина Наумовна, — отозвалась невестка. — Воды мне… теплой налей, — простонала свекровь. — До графина руку не поднять...