Они никогда не были друзьями. Да и могли ли? Солженицын — мессия русской совести, пророк в капитанской шинели, вышедший из лагерного ада с хроникой человеческого унижения. Бродский — петербургский денди, насмешливый одиночка, которому империя казалась скорее метафизической категорией. Затворник и пилигрим. Они существовали в одном временном отрезке, дышали одним воздухом свободы, но смотрели в диаметрально противоположные стороны. Людмила Сараскина в биографии Солженицына из серии «ЖЗЛ» отмечает принципиальную разницу их культурных установок...

Он влюблён в тебя! Глубоко, безвозвратно, так, как, возможно, никто и никогда ещё не любил. И эта любовь — не тихое, робкое чувство, а могучая, полноводная река, которая вот-вот выйдет из своих берегов, чтобы накрыть тебя с головой. Он сделает признание. Это будет подобно удару молнии в ясный день — ослепительно, оглушительно, неожиданно. Он произнесёт тебе все эти слова, которые годами копились в его душе, слова, которые станут его самым сокровенным посланием, откровением, перед которым не устоять...