— Ты хоть понимаешь, что твоя жизнь это болото? — Сергей стоял в дверном проёме кухни, нервно постукивая ключом от машины по ладони. Звук был резкий, металлический, как маленький колокол тревоги. — Я прихожу домой, а ты сидишь с книжкой. Каждый вечер. Десять лет подряд. Анна медленно закрыла книгу, заложив страницу старым трамвайным билетом. На обложке была нарисована гора в тумане, и ей вдруг показалось, что эта гора сейчас рухнет прямо на неё. — Я не понимаю, что тебя не устраивает, — сказала она тихо...

– Я тебя вырастил, теперь плати, – громко сказал мужчина, хватая её за рукав дорогого пальто. Марина вздрогнула, попыталась вырвать руку, но чужие пальцы держали цепко, как клещи. Вахтёр дядя Коля переминался с ноги на ногу за стеклянной будкой и делал вид, что происходящее его не касается, хотя сам же полчаса назад позвонил в бухгалтерию и предупредил: «Там мужчина внизу, говорит, дочь ты ему, требует встречи». На свою голову согласилась спуститься. Она подняла глаза. Перед ней стоял Виктор Петрович...

Когда Николай открыл дверь, одиннадцатилетний Барсик лежал на старом коврике у порога. Мужчина наклонился, поднял кота обеими руками и сначала подумал, что тот уснул. Шерсть была холодной. Николай жил один в небольшом доме на окраине города. Почти всю жизнь он проработал на заводе, сначала токарем, потом мастером участка. На его руках остались белые полоски от старых порезов, а в прихожей до сих пор висела рабочая куртка с потёртыми рукавами. Барсик появился у него много лет назад. Кот был рыжевато-серым, с маленькой зарубкой на левом ухе...