«Ах, если бы Толстой был всегда такой, каким он здесь вышел. На этом портрете я как будто в зеркало смотрюсь... Конечно, в хорошую минуту» — говорил Лев Николаевич об одном из своих фотоснимков, созданных соратником писателя Чертковым. Он попросил его сделать с этого портрета побольше отпечатков, чтобы дарить близким людям. Но Толстой не всегда был так лоялен к фотографам, в его дневниках можно найти и подобные записи: «Неприятное снимание фотографий». Сейчас вряд ли кто-то удивится большим количеством...

Ясная Поляна, ночь на 28 октября 1910 года. В доме спали, когда Лев Николаевич Толстой тихо собрал необходимые вещи и вышел из своей комнаты. Рядом с ним был только личный врач Душан Маковицкий. Писатель не устраивал прощаний, никого не предупреждал и не собирался объяснять окружающим свой маршрут. Он просто уходил. На тот момент Толстому было 82 года, за плечами оставалась жизнь человека, которого знала вся Россия, а впереди — последнее путешествие, о котором сам он ещё не мог знать, что оно закончится смертью...

Лев Львович Толстой унаследовал от своего знаменитого отца не только имя, но и глубокую внутреннюю драму — постоянные сомнения и сложную борьбу между стремлением к нравственной чистоте и сильными земными привязанностями. В семье его ласково звали Лёлей. С ранней юности он пытался разгадать тайну человеческих чувств, то восхищаясь идеалами целомудрия, то страдая от сильного влечения. Его подростковые годы прошли под знаком строгих нравственных поисков, принятых в доме Толстых. Лёля искренне боялся совершить ошибку, мечтал сохранить чистоту до брака и избегал случайных связей...