Представьте зал, где на столе красуется жареный павлин с распущенным хвостом — будто живой. Рядом разрезают исполинский пирог, и оттуда с шумом вылетают птицы. Гости ахают, а хозяин пира наблюдает за реакцией с нескрываемым удовольствием. Для средневековой знати еда была языком, на котором говорили о власти громче, чем на любом другом. Простолюдин видел мясо по большим праздникам. Дворянин ел его ежедневно, причём в количествах, которые сегодня звучат почти неправдоподобно: судебные архивы фиксируют...