— Саша, ты опять паяешь? — голос матери, Валентины Болеславовны, строгий, но в глазах плещется извечная польская тоска. — У тебя вся комната в канифоли, соседи жалуются на дым! Десятилетний Саша Зацепин, худой новосибирский мальчишка с вечно обветренными щеками, даже не поднял головы от стола. В тусклом свете керосиновой лампы поблескивали линзы от старых очков и металлическая линейка. — Мам, тихо. Я ловлю Лондон... Это был 1936 год. В Сибири выли метели, а в подвале на окраине Новосибирска будущий создатель музыки для «Бриллиантовой руки» собирал свой первый узкопленочный кинопроектор...