Эта часть всегда навевала на меня грусть. Причем эту особую грусть оторванности и кризиса понимания себя, которую до конца даже в тридцать лет бывает сложно понять, что уж говорить о детстве. «Папа и море» ощущается, как проживание потери и перехода в новую жизнь одновременно. Они всё время были чем-то заняты. Тихо, увлечённо, непрерывно возились они с мелкими делами, которым нет конца. Их отдельный, собственный мир был чётко очерчен, в него нечего было добавить. Как карта, на которой не осталось белых пятен: всё уже открыто и заселено...

Размещена: Туве Янссон начала писать истории о муми-троллях в 1939-м, в год, когда начались Вторая мировая и Cоветско-финская войны. Она взялась за работу, чтобы сбежать от реальности, полной смерти и лишений. Много лет спустя Янссон вспомнит этот момент в предисловии к первой повести о маленьких троллях: «Мне внезапно захотелось написать что-нибудь начинавшееся словами: „Жили-были…” Ведь продолжение могло бы превратиться в сказку». Так оно и вышло, но полностью уйти от действительности Туве так и не смогла: апокалиптические сцены и беженцы в муми-книгах — это, конечно же, отголоски войны...