Перо он отложил на самый край стола — дальше только обрыв, ветер и чужое серое море. Ещё недавно каждую его строку переписывали в Риме от руки, а свежие стихи расходились по городу быстрее императорских указов. Теперь Публий Овидий Назон, автор «Метаморфоз», доживал свой век на дальней окраине империи — и до последнего дня не знал, за что. История помнит много опальных вельмож и битых полководцев. Но чтобы на самом пике славы, одним росчерком, без суда и без сената, выслали за тысячи вёрст первого поэта державы — такое, кажется, случилось лишь однажды...