Игорь Северянин (1887–1941) — один из самых парадоксальных поэтов Серебряного века. Его называли то гением, то безвкусным эпатажником, но сегодня его творчество переживает новую волну интереса. Почему? Разберём, как современные читатели, музыканты и даже блогеры переосмысляют наследие «Короля поэтов». Строки вроде «Ананасы в шампанском!» или «Я — гений Игорь-Северянин» стали частью вирусного контента: Северянин придумывал слова вроде «грезэрка» (мечтательница) — сегодня это напоминает язык интернет-сленга (например, «кринж» или «рофл»). Современные авторы (например, Лина Литвинцева) пишут «нео-поэзы» — смесь его эстетики с темами экологии и цифровизации...

Собственно, Северянин не просто примкнул к какому-то течению, он буквально выдумал его под себя. Это был эгофутуризм. В то время как «обычные» футуристы вроде Маяковского или Хлебникова порывались сбросить Пушкина с парохода современности и воспевали гул заводов, наш герой выбрал другой путь. Он провозгласил культ личности, причем личности собственной. Глядя на его творчество, невольно думаешь: «Какое поэтическое направление создал Игорь Северянин?». Да такое, где самолюбование превратилось в высокое искусство! В эгофутуризме всё крутилось вокруг «Я». Северянин ввел в русский язык кучу неологизмов, пахнущих духами и дорогими ликерами...