Казань на Боратынского (встречается и иное написание фамилии – Баратынский) поначалу не произвела никакого впечатления. Свой приезд сюда он воспринял как “изгнание”. “Вообрази себе, – писал он своему приятелю Киреевскому, – что мы совсем нечаянно собрались ехать в Казань…” На самом деле приезд был связан с необходимостью устраивать запущенные хозяйственные дела в старинном поместье Каймары (в 20 верстах от Казани), которое получила в приданое его жена Анастасия Энгельгардт. Правда, друзья подшучивали, что Боратынский сбежал от холеры, свирепствовавшей тогда в Москве...