Стены зала заседаний Комитета по Ленинским премиям, обитые темным дубом, десятилетиями впитывали в себя запах воска, табака и тихой, почти осязаемой осторожности. Здесь привыкли говорить эзоповым языком, где важнее было не то, что сказано, а что опущено между строк...