Ну и пусть мне грех, вдруг злобно подумалось Нурбану-султан, зато столько времени жила спокойно. Хюррем-султан было хорошо! С теми шехзаде, что родились до ее появления в гареме, черкешенка расправилась. По крайней мере, такие слухи по сей день во дворце ходят. Даже верная подруга султана Гюльфем-хатун, пусть и не признавалась в открытую, но не отрицала: смерть ее сына, шехзаде Мурада смотрелась очень странно… Немного зная характер Махидевран-султан, Нурбану совершенно не удивится, если когда-либо окажется, что именно она причастна ко всем этим детским смертям...

Через неделю, как и планировалось, султан отправился на охоту. Дорога до Идирне заняла немного времени. Въехав во двор султан соскочил с коня и направился в покои Азры Хатун. Двери перед ним распахнулись и он вошёл. Посередине комнаты, присев в знак приветствия стояла девушка. Спустя пару секунд, она подняла на него свои удивительные глаза. «Как же она прекрасна» подумал Селим. Странно, он не часто вспоминал о ней, после того, как отослал. Но сейчас, когда она стояла перед ним, он не понимал, как вообще прожил эти три месяца без неё...

Внезапно она почувствовала, как кто-то прикоснулся к руке и увидела старого евнуха Гусейна-агу, который верно служил еще ее матери. По-хорошему, старика давно следовало отправить в Старый дворец или отпустить на свободу, как обычно поступали в подобном случае. Но повелитель в память о хасеки оставил агу в гареме и использовал для личных поручений. Судя потому, что Гусейн-ага стоял рядом, Селим решил продолжить установленную традицию. Старый евнух знаком показал, что надо покинуть помещение и следовать за ним, а когда они вышли наружу, сказал, что госпожу ожидает молодой султан...