Это звучит как сюжет антиутопии: огромный город, полный блеска и роскоши, в котором почти не слышно детского плача. Но для Парижа XVIII–XIX веков это было суровой реальностью. Современники с горечью называли столицу Франции «городом без младенцев». За этим емким и страшным определением скрывается сложный социальный, экономический и культурный феномен, превративший материнство в индустрию, а младенцев — в расходный материал. Почему же Париж добровольно избавлялся от новорожденных? Давайте разберем этот феномен с точки зрения истории, медицины и социологии, опираясь на данные из научных работ...

Продолжаю свой рассказ о Лоте и его дочерях, которые спаслись бегством из греховного города Содома (о котором я рассказывала тут).  Изучая Библию, не перестаю удивляться сюжетам. Итак, поселившись в пещере, девушки поняли, что остались без мужей и без продолжения рода. Тогда они придумали необычный план: напоили отца вином и возлегли с ним во имя продолжения рода человеческого. Обе дочери забеременели от отца, у старшей родился сын Моав (имя в переводе означает «от отца»), а у младшей - Бен-Амми («сын моего народа»)...