Павел Третьяков увидел эту картину в 1894 году и отказался покупать. Резолюция была следующей: «нехудожественно». Александр III, который успел назвать ту же картину «бойней», в кои-то веки разделял вкусы коллекционера. Так два самых влиятельных ценителя эпохи закрыли перед полотном все возможные двери – и оно осталось один на один с историей. Ге писал «Распятие» больше десяти лет. Переделывал, счищал, снова писал. Он хотел не благолепия, а правды: Голгофа без нимбов, без сочувствующих ангелов, без утешительного света из-за туч...