Клавдию Тимофеевну Новгородцеву соседи по кремлёвскому дому считали женщиной тихой и даже немного чудаковатой: вдова самого Свердлова, а живёт скромнее иной машинистки, нигде не служит, из дома почти не выходит и даже громкую фамилию покойного мужа носить не пожелала. Кое-кто полагал, что старая большевичка просто доживает свой век среди бумаг и воспоминаний. На деле же эта незаметная женщина выполняла поручение, о котором знали лишь четверо живых людей на земле, и трое из них были в Политбюро...