Октябрь в провинциальном Энске укладывал проспекты в саван из мокрых тополиных листьев. Небо над средней школой № 36 висело низко, серое и рыхлое, как выстиранная сто раз холстина, сквозь которую едва сочился чахлый, умирающий свет. В кабинете русского языка и литературы пахло мелом, сырыми драповыми пальто и застарелым страхом пред экзаменационной порой. На учительском столе, похожем на дубовый курган, возвышалась стопка тетрадей. Из-за нее едва виднелась аккуратная, безукоризненно седая голова...