Интерьер с сундуком. Николай изобразил этот сундук с такой любовью, будто писал не вещь, а живую душу. Стоит он в мастерской, как немой свидетель былых времён, слегка перекосившись от старости, но всё ещё бодрясь — эдакий старый служака, который и в отставке держится с достоинством. Накладка с проушиной, что когда-то держала замок, теперь выглядит как старый солдат, потерявший свою саблю. Самого замка и след простыл — ушёл, должно быть, искать приключений, как водится у пропавших вещей. Бабушкин коврик сверху — словно последняя попытка сундука принарядиться...