— Не держи меня, Свет, я ухожу к любимой, - сказал Глеб так, будто ждал, что сейчас в кухне развернётся сцена, ради которой он, похоже, всё это и затеял. Светлана стояла у плиты и мешала гречку с обжаренным луком и морковью. На подоконнике остывал чайник, на батарее сохли Тимуровы носки после футбола, в раковине лежали две детские кружки с какао, а в дверях кухни, рядом с серым чемоданом, стоял её муж с тем лицом, которое мужчины иногда репетируют заранее. Немного усталости. Немного благородной боли...