Их имена когда-то собирали полные залы. Потом афиши переклеили, фамилии вырезали из программок, а зрители тихо забыли. Шесть судеб, в которых большая история прошлась по живым людям. Афиша: вещь хрупкая. Одна подпись сверху, и фамилия уходит в небытие. Так в советском театре исчезали целые судьбы: вчера аншлаг, сегодня пустая строка в программке. Шесть историй, которые стоит вспомнить. До середины тридцатых его имя гремело на всю страну. Биомеханика, конструктивистские декорации, спектакли, где актёр был акробатом и оратором одновременно...