Декабрь 1648 года выдался морозным и снежным. Древний Киев, сердце русских земель, гудел, словно растревоженный улей. Но это был не гул страха, который веками преследовал эти стены, а гул великой надежды. Звон колоколов Софии Киевской и Михайловского Златоверхого монастыря плыл над городом, смешиваясь с морозным паром и радостными криками толпы. В тот день история творилась не в палатах и не в шатрах, а на заснеженной площади перед Золотыми воротами. Народ высыпал на улицы: мещане в теплых кожухах, босоногие мальчишки, не чувствующие холода от азарта, и женщины в ярких платках...