Дверь распахнулась в ту минуту, когда Аделаида Григорьевна достала из духовки второй противень с пирогами. Звонка не было. Был сухой хруст, словно кто-то переломил доску о колено, потом тяжёлый топот в прихожей и запах сырой лестницы, который вошёл в квартиру раньше людей. Она не вздрогнула. Поставила противень на подставку, положила рядом прихватку и только после этого повернулась к кухонной двери. В проёме стояли двое. Высокий, в чёрной шапке, натянутой до самых бровей. Второй пониже, с рюкзаком на одном плече и монтировкой в опущенной руке...