Валентина Петровна вышла в коридор — говорить она любила без свидетелей, называла это «уважением к разговору». Телефон остался на столе, рядом с моей тарелкой. Экран засветился. Пришло сообщение. Я не собиралась смотреть. Правда не собиралась. Но буквы были крупными, а расстояние — маленьким. «Главное — не проговорись при ней. Она обо всём узнает — тогда конец». Я поставила чашку на блюдце. Без звука. За столом обсуждали ремонт у соседей. Дима смеялся над чем-то, что сказала Оля. Я слушала — и не слышала...