Иван поднялся, шагнул ей навстречу. От волнения и слова не могли сказать друг другу… Марусенькины плечики чуть приметно вздрагивали: на зорюшке море прохладою дышит… А Маруся – в тонкой вышитой рубашке. Иван обнял её: - Замёрзла ты… А она прижалась к его груди, прошептала: - Как хорошо, Ванечка… Век бы так… – с тобою… – Подняла глаза: – Вот я и сказала тебе… всё, что хотела. Отчего же счастье горькое… Будто предчувствием беды разбавлено… Марусенька – самая лучшая… самая красивая. Отчего же сердце...