– Ты закрасила мамин портрет своей мазнёй! Твоя работа и гроша не стоит! – Клим стоял посреди мастерской и тыкал пальцем в большой белый холст, на котором ещё утром была моя картина для сентябрьской выставки. Я держала в руках тяжёлую раму с фотопортретом Зои Марковны. Десять минут назад этот портрет висел прямо на моём испорченном холсте. Краску они взяли самую дешёвую, из строительного магазина. Валик бросили на газету у стены. На сырой белой поверхности остались потёки, ворсинки и два свежих отверстия от гвоздей...