С обнажённой женщиной в живописи всё было прекрасно, пока она изображала Венеру. Венера могла стоять на раковине. Лежать на ложе. Выходить из морской пены. Прикрывать тело рукой. И публика смотрела на неё вполне благосклонно. Потому что это была не просто женщина. Это была богиня. Вот в этом и заключалась удивительная условность европейской живописи. Женское тело показывать было можно. Но желательно было объяснить, почему оно здесь находится. Венера? Пожалуйста. Диана? Прекрасно. Нимфа? Тоже подходит...