Потом был Иерусалим, место абсолютного спокойствия. Хотя немного его опасаюсь — он вынимает из тебя кусок души и замещает собою, а зачем мне еврейский город внутри, это вредит моей национальной самоидентификации, разбирайся потом, «откуда у парня испанская грусть» и зачем я туда рвусь. А это не я рвусь, это он к себе возвращается. По крайней мере, когда автобус ввозил меня в Иерусалим снова, я именно так почувствовала — «я возвращаюсь». Но только в гости, на денек-другой, а жить там не следует еще и потому, что в городе (очень стараюсь обойтись без пошлости и не писать с большой буквы) ко мне быстро приходит широко рекомендуемая популярной психологией ясность...