Каждый вечер я видела, как мой сын Максим, мой одиннадцатилетний Максик, задерживается после школы. Нет, он не играл с друзьями в футбол и не зависал в планшете. Он стоял у старого клена, напротив центрального входа в парк, и просто слушал. Слушал, как дедушка Аркадий, слепой уличный музыкант, наигрывает свои грустные мелодии на стареньком аккордеоне. — Макс, ты опять у этого дедушки? — спрашивала я, когда он наконец заходил домой, ужинаясь за стол. — Да, мам, — отвечал он, ковыряя вилкой в тарелке...