К моменту, когда Лилия поняла, что её выставляют из собственной жизни, в квартире уже стоял запах чужого решения. Не табака, не духов — а именно решения, принятого без неё. В коридоре валялись мужские кроссовки, на кухне в раковине лежала кружка Филиппа с засохшими разводами кофе, а в телефоне — пропущенный вызов от Тамары Викторовны. Пятый за утро. Филипп уже неделю жил у матери. Формально — «временно». Фактически — с чемоданом. После того как Лилия выставила его, всё произошло быстро и почти буднично...