Прошло около часа. Мы ждали, не зная чего. И тут,под нарами в дальнем углу барака, где мы нашли пролом в полу, послышался звук. Тихий, жалобный плач, похожий на плач ребенка. Он то затихал, то начинался снова. Один из бойцов, самый молодой, не выдержал. – Там ребенок, – прошептал он. – Может, кто-то из персонала лагеря выжил, спрятался? Доктор Лебедев покачал головой. – Не может быть. Это ловушка. Но плач продолжался. Он действовал на нервы, вызывал первобытное чувство жалости, желания помочь. Он был слишком похож на человеческий, слишком реальный...