На сороковой день мы накрыли стол на веранде, как Витя любил: блины, кутья в голубой миске, компот из своих яблок. Народу пришло немного. Свекровь Антонина Ивановна, деверь Лев с женой, две соседки по участку и бригадир, с которым Витя двадцать лет ставил дома чужим людям. Я стояла у печки с блинами и ловила на себе взгляд свекрови, прямой и сухой, как линейка у неё в бывшем классе. Когда соседки допили компот, Антонина Ивановна поднялась и подошла к двери. На гвозде рядом висела связка наших ключей: от калитки, от дома, от сарая и маленький, от погреба...

В то утро в Сент-Джозефе, штат Миссури, весна пахла не яблоневым цветом, а угольной гарью паровозов, сырой речной глиной и дешевым ружейным маслом. Восьмой час утра третьего апреля тысяча восемьсот восемьдесят второго года выдался не по сезону душным. Солнце уже поднялось над крышами одноэтажных домиков на Лафайет-стрит, нагревая крашеные белые доски обшивки и пробиваясь сквозь кружевные занавески в маленькую гостиную дома номер тысяча триста восемнадцать. Человек, которого все соседи в этом тихом,...