Сложность «Войны и мира» часто сводят к объёму, но масштаб романа измеряется, конечно, не количеством страниц. Литературоведческий термин «диалектика души» кажется абстрактным, пока не обнаруживаешь, как точно он описывает принцип, по которому Толстой создает психологическую реальность. Разбираемся, как это работает. В 1856 году Николай Чернышевский, анализируя ранние повести Толстого, заметил необычное: автору малоинтересны итоги душевных метаний. Его внимание приковывает механика этих метаний. «…Его интересует самый процесс… его формы, законы, диалектика души», — писал критик...

Разбитые иллюзии: как один вечер в салоне Шерер перевернул мировоззрение князя Андрея Князь Андрей Болконский стоял у огромного окна в доме Ростовых, глядя на утонувшую в предрассветных сумерках Москву. В руке он сжимал прохладный хрустальный бокал, но вино не привлекало его. Внутри бушевал шторм, тихий и невидимый со стороны. Всего несколько часов назад он покинул салон Анны Павловны Шерер — тот самый блестящий, налакированный мир, который еще вчера был его естественной средой обитания. Мир, где говорили правильные слова, носили идеальные фраки и решали судьбы Европы между канапе и сплетнями...